RSS

Никитина Прасковья Алексеевна

31.10.2016

Я родилась в декабре 1922 года в деревне под Сергиево-Посадом (ранее г. Загорск) в большой многодетной крестьянской семье. Мои родители – крестьяне. Жили в одном доме с семьями двух папиных братьев и с нашей бабушкой. Нас, детей, было 12 человек. Я была старшей и нянчила младших сестер и братьев. Жили бедно, единственно, что, работая на огороде, обеспечивали себя на весь год овощами. Большим подспорьем была у нас корова. Была у нас и лошадь, на которой мы возили из леса дрова для топлива и сено на корм скоту. Жили трудно. Наши родители были очень строгими и трудолюбивыми и такими же воспитывали нас. С утра все дети получали задание: старшие ездили за дровами, потом пилили их и готовили к топке, косили траву, сушили сено. Другие дети носили воду из колодца для питья и полива огорода. Младшие пололи овощи.

Началась первая мировая война и старшего брата папы забрали в армию, откуда он так и не вернулся. Вскоре умерла и его жена, и двое его детей остались сиротами. Они жили с нами, но их больше опекала бабушка, пока была жива. Мы все учились в школе, которая находилась в трех километрах от нашей деревни. На летние каникулы старшего из братьев забирала к себе бабушка по линии умершей дочери. Бабушка жила в селе Рогачево, которое граничило с военным заводом, и к ним на квартиру поселяли студентов, проходивших практику. Студенты жили в саду, сделав себе шалаш из веток. На другой год студенты не приехали, и на месте шалаша бабушка сделал грядку под овощи и нашла там латунный патрон. Когда на каникулы приехал Саша, она с радостью вручила ему этот патрон (раньше такие патроны назывались наконечниками для карандашей). Саша стал чистить патрон от грязи, а тот взорвался и раздробил ему руку. В ближайшем медпункте, в 10 км от деревни, ему ампутировали руку до локтя. Так как инвалиду в деревне делать было нечего, он поступил учиться в педагогический институт в г. Загорске и после его окончания получил направление в Тарутино (где в 1812 году был Наполеон). Преподавал Саша физику и математику, затем стал директором школы. Обзавелся семьей, имел 2-х сыновей. Все это время до начала войны поддерживали связь, навещая друг друга. Враг подходил к Тарутино и Александра Дмитриевича на фронт не взяли, он ушел в партизаны и был комиссаром отряда. После освобождения вернулся к нам и стал разыскивать семью. Немцы хотели его детей отправить в Германию, но партизаны отбили их. Впоследствии стал работать в парткоме Угодского завода (Калужская обл.) завотделом политико-воспитательной работы. Одновременно занялся организацией Музея Маршала Жукова. Он связался сначала с семьей, а потом и с самим Георгием Константиновичем (который был земляком этих мест), и тот отдал в музей свои личные вещи: боевую шинель, фуражку, портупею и другие вещи. Музей сначала помещался в одном доме, но затем началось строительство мемориала, и Александр Дмитриевич стал почетным членом мемориала. Его портрет помещен не только в музее, но и в альбоме Жукова с семьей (стр. 112). К сожалению, Александр Дмитриевич не дожил до открытия мемориала, но его сыновья помогают музею до сих пор, продолжая дело отца. Александр Дмитриевич награжден многими орденами и медалями (часть из них у нас в музее школы № 1179).

Теперь о своей семье. Наступил 1932 год, началась коллективизация. У нас, как и у всех крестьян отобрали лошадь и весь сельскохозяйственный инвентарь – борону, плуг, сани. Запретили косить траву в лесу и заготавливать дрова. Корову пришлось продать, т.к. кормить было нечем. У кого были коровы, нужно было сдавать по 20 л молока, а у кого были куры – сдавать яйца, от поросенка надо сдавать шкуру, от овец – шерсть. Одновременно у всех колхозников отрезали половину пахотной земли. В то же время трава в лесу засыхала, дрова гнили, но даже за вязанку хвороста из леса штрафовали и сажали в тюрьму. Такая проводилась вредительская политика в отношении крестьянства. Люди из деревни потянулись в город, на заводы. Я училась в десятилетке в 8 км от дома, сестра и брат в ФЗО, папа со старшими сыновьями работали слесарями.

И вот началась война. Я ушла делать гранаты, сестра – рыть окопы. Зимой мороз достигал – 40 градусов, все отморозили руки и ноги, но не уходили, зная, что за нами Москва. И так жили четыре года. В деревне все трудоспособное население ушло на фронт, деревня опустела. Одни малыши бегали по полям, собирая оставшиеся колоски, после того как весь урожай отправлялся на фронт. Был очень голодный год. На карточки давали рабочим завода по 600 г хлеба, остальным – по 400 грамм. Пока получишь его в магазине, не удержишься и половину съешь. Варили лебеду, жмых, крапиву. Несмотря на такое трудное время, никто не жаловался, и люди почти не болели. Лишь то в одной, то в другой избе раздавался дикий плач – это значит принесли похоронку с фронта. Из 54 человек, ушедших на фронт, вернулось 9 человек, и то половина из них раненые или контуженные. Горе сплачивало людей, а это в основном – старики и дети.

Наконец, пришла Победа. Но в деревне ничего не изменилось: карточки не отменили, огороды не вернули. Я очень хотела учиться, и уговорив родителей, уехала в Москву, где поступила в МАИ без экзаменов, т.к. был отличный аттестат. Жили в общежитии, в комнате 12 человек. Питались в студенческой столовой, в основном перловой кашей, которую называли «шрапнелью», но были рады, если удавалось купить двойную порцию. На каникулы ездили в подшефный совхоз на прополку овощей.

В 1947 году вышла замуж. Окончив институт, я получила работу в Жуковском. Муж тоже закончил МАИ и был направлен в ЦАГИ инженером-аэродинамики, а меня направили в Туполевское КБ экономистом, где я проработала 40 лет, достигнув должности начальника отдела труда и планового отдела. Была награждена орденом «Знак Почета». Муж тоже проработал в ЦАГИ (он разрабатывал проекты по устойчивости и управляемости) до пенсии, прожив в Жуковском 50 лет. Воспитали трех сыновей; все они закончили институты и живут с семьями в Москве.

После выхода на пенсию переехала поближе к детям в Москву. Напряженная работа сказалась на здоровье мужа. Он перенес 5 операций на глазах, и сейчас его постигла полная слепота. Я тоже инвалид II группы, но мы не утратили интереса к жизни. Постоянно занимаюсь патриотическим воспитанием молодежи, занималась созданием музея «Боевой славы» в школе № 1179, часто выступаю перед молодежью, провожу уроки мужества. 

Никитина Прасковья Алексеевна. Защитница Москвы.jpg

Если вы нашли ошибку: выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

Сообщение об ошибке

Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
Неверно заполненное поле
*
CAPTCHA Обновить код
Play CAPTCHA Audio

Версия для печати